Месяц: Июнь 2010

История воробья

Наш домовый воробей — выходец из Средиземноморья, его хорошо знали в античном мире и считали вредителем. Однако вблизи храмов воробьям жилось спокойно, их не трогали. А благодаря своей склонности к частым бракам воробей даже входил в число символических животных Афродиты, богини любви и красоты.

Слава вредителя не давала воробью жить в буквальном смысле слова. Ведь само его имя читается как «вора бей»! Хотя птенцов, как установили орнитологи, воробей выкармливает пищей, где преобладают насекомые — 60 процентов от общей массы. Это взрослые воробьи могут, и почки фруктовых и ягодных деревьев расклевать, и самими ягодами не побрезгают, и к зерну неравнодушны. Однако наряду с чисто разбойными действиями воробьи приносят неоценимую пользу тому же сельскому хозяйству.

Дело в том, что они с не меньшим, а, пожалуй, что и с большим восторгом поглощают семена сорняков. Кроме того, по подсчетам орнитологов, за две недели выкармливания птенцов родители приносят своим чадам более килограмма насекомых. Если принять во внимание плодовитость воробьев, что пришлась по вкусу даже Афродите, и помножить ее на количество воробьев по всему земному шару, то получим фантастическую цифру.

В этом отношении показателен пример Китая. В 60-е годы XX века, печально известные там как годы «культурной революции», в Китае истребили воробьев. Всех! И сразу. Как это можно было сделать?! Китайцы — народ дисциплинированный. Они по команде вышли из домов на поля, улицы, площади и по команде несколько часов подряд стучали, кричали, махали, чем ни попадя, не давая воробьям ни на секунду присесть и отдохнуть. Птицы в воздухе умирали от разрыва сердца. Эта чудная акция кончилась тем, что через некоторое время китайцы в соседней Монголии воробьев закупили, а у себя выпустили. Но это все относится к полевым воробьям, а домовые — безоговорочно признаны полезными птицами.

Вот только наш домовый воробей «позорит» звание ткачика, у него не дом, а ком, свалянный из травинок, мочала, тряпочек. Внутри тепло, но снаружи — неказисто. Зато заокеанские родственники нашего воробья — настоящие архитекторы. Очень сложного плетения гнезда у необыкновенно красивых огненных ткачей, которых сейчас разводят наши любители птиц. Из экзотических ткачиков популярны еще тигровые астрильды, рисовки, амадины.

Орнитологи рекомендуют начинающим любителям завести себе какую-нибудь птичку из амадин. Японская амадина одомашнена в Китае несколько столетий назад, затем попала в Японию, где были выведены её многие цветовые формы. Во второй половине XIX века амадины появились в Европе. Амадины славятся не только своей красотой, но и хорошим характером. Они могут стать заботливыми приемными родителями для многих видов ткачиков. Известен случай, когда японские амадины успешно вырастили птенцов реполова и щегла.

Такими же приятными и красивыми птичками являются зебровые амадины, или зебровки, и рисовки. Орнитологи советуют при разведении ткачиков обязательно обращать внимание на полноценность их кормов, нужно, чтобы в рацион входили белки, витамины и минеральные добавки. А ещё нужно с ними почаще разговаривать и просто их любить!

История происхождения домашних собак

На египетских памятниках 3400—2100 гг. до н. э. изображены собаки различных пород.
Большинство из них похожи на борзых. На более поздних памятниках этого периода можно увидеть собак, схожих с гончими и норными (таксами). А на ассирийском памятнике, относящегося к периоду около 640 г. до н. э., имеется изображение большого мастифа. Подобных примеров достаточно много, чтобы утверждать: различные породы собак существовали уже несколько тысяч лет назад.

Собака домашняя относится к млекопитающим животным отряда хищников. Вопрос о происхождении домашней собаки до сих пор остается трудноразрешимой задачей. Подавляющее большинство авторов возможными предками домашней собаки называют именно виды рода Canis, причем чаще всего предком собаки считают волка, реже — обыкновенного шакала. Прочие виды этого рода фигурируют как возможные прародители собаки у меньшего числа авторов.

Конрад Лоренц считает, что человек сначала привлек шакала, чтобы тот давал ему знать о приближении крупных хищников и других врагов. Потом собаки стали помогать в охоте. Другая картина получится, если считать, что предок собаки сперва использовался именно для охоты. Очевидно, что для этого больше подходили волки или другие животные посильнее шакала. Так или иначе, «прособака» должна была быть зверем с сильно выраженной социализацией, т. е. способностью привыкать и привязываться к другим существам, в том числе к людям.

Следовательно, почти наверняка это должно быть стайное животное. Из ныне живущих родственников собаки волк наиболее социален, хотя и у шакалов, и у койотов эти свойства хорошо развиты.

Необходимым условием процесса одомашнивания был отбор на лояльность и не агрессивность по отношению к человеку. Многие авторы называют отбор на пониженную агрессивность по отношению к человеку важнейшим фактором.

Существует точка зрения, что современные домашние собаки — полифелетическая группа, — происходящая от нескольких предков (монофилетическая — от одного предка). Одним из первых эту точку зрения высказал французский натуралист Сент-Илер. Великий англичанин Ч. Дарвин тоже склонялся к ней. Политической группой считал собак крупный специалист по домашним животным профессор зоологии немец Келлер. В пользу полифелитического происхождения собак

Келлер приводил следующие соображения:

1 — домашние собаки, у которых с самого начала ясно выражены признаки породы, рано появляются в далеко лежащих друг от друга культурных областях;
2 — собаки, живущие в разных областях, имеют сходство с обитающими там дикими собачьими — аргумент, взятый у Дарвина;
3 — слишком разнообразна и неоднородна группа домашних собак, чтобы можно было объяснить только искусственным подбором, произведенным с потомками одного предка.
Действительно, ни одно домашнее животное не имеет такого широкого спектра столь непохожих друг на друга пород, как домашняя собака.

Келлер выделяет следующие основные группы домашних собак и их предков:
1 — шпицеобразные;
2 — собаки-парии;
3 — овчарки;
4 — борзые и выводимые от них гончие;
5 — догообразные собаки;
6 — собаки нового света до появления там европейцев.

Предком шпицеобразных собак Келлер называет обыкновенного шакала. Этот же вид дал азиатских собак-парий, тогда как африканские собаки-парии выводятся от африканского шакала-волка, которого теперь считают подвидом обыкновенного шакала. Группа овчарок, по Келлеру, происходит от индийского волка, которого в начале ХХ века считали самостоятельным видом, а теперь классифицируют как мелкий подвид серого волка. Центр происхождения борзых собак, очень древней группы, находится в Древнем Египте. Борзые собаки упоминаются еще во времена Древнего Царства, когда они использовались для охоты на антилоп. Прародителем группы борзых Келлер называет эфиопского шакала — стройного, длинноногого и очень длинномордого зверя средних размеров. Келлер также упоминает, что египтяне держали ручных гиеновых собак, прекрасных выносливых бегунов и охотников на различных антилоп. От борзых прослеживается ряд к типичной гончей собаке. В Древнем Египте есть изображение древней собаки, похожей на таксу, только со стоячими ушами.

В другой древнейшей цивилизации мира — шумеро-вавилонской находят очень ранние свидетельства о существовании догов. Летописи упоминают о существовании догов за 4 тыс. лет до н. э. Большинство авторов выводят всех догообразных собак от тибетско

История породы лабрадор

Например, легенда о романтической «любви» собаки и выдры», в результате которой появилась собака с водонепроницаемой, жёсткой шерстью, круглым хвостом и огромной страстью к воде. 

Конечно, это не более чем миф. К счастью, есть множество свидетельств очевидцев, подтверждающих, что корни породы находятся на Ньюфаундленде. Эти сведения относятся к 19 веку и подробно описывают собак Сент-Джонса, проводя чёткую грань между большими ньюфаундлендами и более мелкими собаками.

Полковник  Хоукер в 1814г. писал: «…эти собаки прекрасно подходят для любого вида охоты, они чаще имеют чёрный, нежели другой окрас и немного больше пойнтеров».

В.Е. Кормак  в 1822г. отмечал «хорошо сложившуюся породу собак, которые прекрасно обучены находить и подавать дичь. Собаки эти имеют короткую шерсть, которая предпочтительнее длинной, т.к. последняя сразу покроется льдом, как только собака вылезет из воды».

Ещё один автор писал: «В округе Сент-Джонса встречается большое количество приземистых, гладкошерстных собак высотой 45 – 60 см, их называютлабрадорами, но это не ньюфаундленды, они только родились на этом острове».

Совершенно понятно, что существовали две разновидности – массивная длинношёрстная собака, которая известна как ньюфаундленд, и более мелкая, с короткой шерстью. Так кто они, эти небольшие, крепкие, бесстрашно бросающиеся в холодные воды Атлантического океана и вытаскивающие сети с рыбой, помогающие в охоте и спасающие рыбаков во время шторма собаки Сент-Джонса? Возможно это аборигенная индейская собака? Но Купер в книге «Ньюфаундленд» отмечал, что у индейцев Северной Америки были собаки, но все они были типа шпицев, с маленькими ушами, клинообразной головой, острой мордой и загнутым хвостом. Итак, из всего этого ясно пока только одно: лабрадоры — «выходцы» с острова Ньюфаундленд. Как же они там оказались?

Вот версия, к которой склоняется большинство исследователей. 

Предки чёрных водяных собак пришли в Новый Свет из Европы, а точнее из Португалии. Ещё в 14-15 веках португальские мореплаватели, отправляясь на лов рыбы к берегам Ньюфаундленда, брали с собой собак с великолепным чутьём и замечательной способностью плавать. Мари Розлин-Уильямс в своей книге о лабрадорах приводит фотографию очень древней породы из Северной Португалии — Cane di Castro Laboreiro. Могла ли эта собака, так сильно напоминающая своим внешним обликом лабрадора, стать основой породы на Ньюфаундленде? И название, Laboreiro, если и совпадение, то очень интересное. Тем не менее,  достоверную историю лабрадоров можно проследить только с момента их появления в Англии, а точнее с приобретения этих собак вторым графом Малсбери в 1823 или 1824гг. Поместье этого графа находилось в глубокой долине в Хёрне, которая часто затапливалась рекой и где водилось множество всякой дичи. Как-то проезжая недалеко от Пула (портовый город, активно торговавший с Ньюфаундлендом), Малсбери обратил внимание на собак с рыболовной флотилии. Его поразило, с каким энтузиазмом они находили и приносили рыбу.

«Такие собаки прекрасно подойдут для поиска и подачи дичи в моём поместье, где бывает много воды» — приблизительно так подумал граф. Он купил четырёх собак и приступил к разведению «малых ньюфаундлендов», как в то время их называли. В скором времени и другие соседи – охотники стали приобретать и разводить этих собак. 

Третий граф Малсбери импортировал несколько собак с Ньюфаундленда, основал питомник и продолжил разведение. Позже название «малый ньюфаундленд» окончательно заменилось на «Лабрадор». Постепенно и  другие аристократические семьи оценили достоинства этих собак. Их покупали в северных портовых городах,  которые торговали с Ньюфаундлендом. Особенно возросла популярность лабрадоров благодаря развитию полевых испытаний и энтузиазму почитателей этой породы.

Достопочтенный Холланд Хайберт лорд Кнатсфорд, владелец питомника «Munden» (именно благодаря его усилиям лабрадоры в 1903 году были признаны Кинологическим Клубом как самостоятельная порода) выставил свою собаку Munden Singel, первого лабрадора, участвовавшего в соревнованиях. С этого момента лабрадоры начали устанавливать небывалые рекорды. До той поры первенство обычно принадлежало  гладкошёрстным ретриверам. Теперь лабрадоры начали доминировать на полевых  испытаниях  и большинство побед принадлежало именно им. Но потребовалось ещё много времени, чтоб
ы не только влиятельные семьи, но и обычные охотники стали приобретать лабрадоров в качестве ретриверов. В скором времени англичане открыли для себя лабрадоров не только как рабочую, но и как домашнюю собаку-компаньона. Обучаемая, быстро приспосабливающаяся, с прекрасным характером и интеллектом. Собака, которой можно доверить даже маленьких детей.  Люди всё больше и больше приходили к пониманию ценности этой породы… Популярность и, соответственно, численность лабрадоров резко выросли. Теперь горячих поклонников этой действительно удивительной по своим не только рабочим, но и душевным качествам породы, можно встретить буквально на всех континентах. Канадцы считают лабрадоров своей породой, но, без сомнения, именно в Британии эта порода достигла своего высокого нынешнего положения. Из этой страны лабрадоров развозят по всему миру.

Перед второй мировой войной только американцы проявляли интерес к этой породе. Но уже в 60-е годы она покорила Канаду, Южную и Восточную Африку и Австралию. А чуть позже со Скандинавских стран началось триумфальное шествие лабрадоров по всей Европе. Теперь даже короли и президенты считают за честь иметь эту исключительно дружелюбную, с великолепным темпераментом, преданную и умную собаку.

По материалам книг «Лабрадор-ретривер»  Х.Уайлс-Фон и Дженнет И. Черчилль.

История породы кошек мейн-кун

История породы достаточно известна, но тем не менее имеет тенденции обрастать различными мифами и досужими вымыслами. Один из известных миру мифов пытается объяснить, каким образом в названии породы появилась приставка «coon». Некоторые зарубежные заводчики считают, что мейн-куны были выведены бридерами CFA, но надо признать, что это исключительно аборигенная амери-канская порода.

Мейн куны — великолепные, крепко сложенные животные с рысьими ушами и длинным, прекрасно опушенным хвостом. Мейн кун остался таким, каким создала его природа. Перед этим чудом, являющим собой удивительное равновесие пропорций и форм, человек испытывает лишь восхищение. Эта порода считается исконной аборигенной кошкой Северной Америки, штата Мэн, в условиях суровой зимы мейн куны приобрели густую водонепронецаемую шерсть, длинный великолепно опушенный хвост, способный согреть в лютую стужу. Хорошо опушенные крепкие лапы с пучками шерсти между пальцев являются настоящими снегоступами. Большие глаза и уши с длинными кисточками – признак охотника.

Несмотря на это, существует множество легенд о происхождении этой породы. Самая распространенная легенда гласит о том, что мейн куны произошли от диких енотов («racoon»- енот), этот миф поддерживается сходством шерсти, окраса и хищным выражением мордочки. В другой легенде говорится, что предками мейн кунов стали кошки, жившие в покоях французской королевы Марии — Антуанетты. Во время Великой Французской революции королева решила бежать в Америку, взяв с собой шесть своих кошек. Следующая легенда рассказывает о смелом капитане по имени Кун, который держал на своем корабле кота и кошку. Когда корабль бросал якорь, капитан выпускал своих любимцев на берег. Таким образом, повсюду, куда заходил корабль Куна, появлялись очаровательные котята. Некоторые приписывают мейн кунам настоящую «морскую походку».
Сегодня фелинологи считают, что порода образовалась при скрещивании местных короткошерстных и иностранных длинношерстных кошек, вероятно завезенных моряками или викингами. Впервые порода упоминается в литературе 1861г. Мейн куны принимали участие в первых выставках, проходивших в северо-восточных районах США, составляя серьезную конкуренцию популярным тогда ангорам. Однако с появлением персов в 1900 году мейн куны уступили пальму первенства и в последующие годы были преданы забвению. В 50-е годы мейн куны вновь обрели популярность, в 1963 году в США был создан Центральный клуб любителей мейн кунов. В 1968 году шестеро заводчиков основали Ассоциацию Заводчиков Енотовидных Кошек Мэна (MCBFA), которая к 1980 году насчитывала уже 1000 любителей и 200 питомников. В 1976, более чем через сто лет после первого появления на выставках, за мейн кунами официально признали право участвовать в выставках.

Для защиты от холодов мейн кун имеет длинный пушистый хвост, пучки шерсти в ушах, хорошо опушенные, крепкие и широкие лапы. Их крупные глаза и уши также позволяют увеличить обзор и слух. Мейн куны – это самые крупные кошки, самцы могут достигать 13-15 кг, а кошки – 9-11 кг. Добавьте к этому 10-15 сантиметров шерсти и получите самую солидную и могучую кошку в мире! Развиваются мейн куны довольно медленно и своих истинных размеров они достигают лишь к 3-5 годам. И не смотря на свой “зверский” вид мейн куны до конца жизни сохраняют добродушный нрав котенка. Голос мейн куна отличается мелодичностью и нежностью, вы не услышите от него пронзительного «мява» или грозного «мау», он скорее похож на курлыкание.
Если Вам нравятся крупные, спокойные, излучающие здоровье и доброту животные — это Ваша порода!

Испытано на себе. Поход к ветеринару — лотерея?

Ветеринар – как много в этом слове. Желание, что бы выслушали твои всхлипы, по поводу больной животины. Надежда, что эту самую твою животину внимательно посмотрят. Уверенность, что поставят верный диагноз и выпишут правильное назначение.

И как же часто мы все этого не встречаем! Я на многих форумах встречал темы типа: «Рейтинг ветеринарных клиник и врачей» — результаты удручающие. То там, то сям ругают пресловутых врачей и клиники.

Приведу только один пример, взятый мной с одного городского форума, бьющий своей пронзительностью. Вчитайтесь в эти строки, представьте ту картину, что описала девушка. Цитирую в вкратце, но этого я будет достаточно, что бы понять всю картину происходящего (кстати, дело происходило в Екатеринбурге)

«Здравствуйте!

Пишет вам девушка, которая потеряла в клинике «ВЕТДОКТОР» свою любимую собаку, французского бульдога. Мы привезли его на приём и на обследование (т.к. заметили у него небольшую опухоль семенника, которая его не волновала и собака жила с этим очень долго в спокойствии, дело в том, что у французских бульдогов такое очень часто бывает).

Хочу заметить, что это первый приём в его жизни, до этого никогда и нигде мы не наблюдались, потому что собака себя чувствовала отлично. А тут решили пусть посмотрят, вреда всё равно не будет, просто тогда ещё не знали, чем всё это закончится. В клинике ему назначили узи, сказали, что у собаки слабое сердце (до этого собака ничем никогда не страдала), после сердца стали смотреть другие органы, собака очень волновалась, ему было плохо, несколько врачей видели это, но продолжали обследовать пса.

После получасового узи, когда наконец-то всё закончилось, мы вышли из больницы, сели в машину, мой пёс лёг ко мне на колени, посмотрел очень тоскливо на меня и также с открытыми глазами перестал дышать. Я побежала обратно, в клинике у него попытались вызвать дыхание, но всё бесполезно, нашего любимца не стало. Огромная боль и чувство беспомощности заставляют предупредить владельцев животных, будьте осторожны и относитесь внимательнее ко всем процедурам, которые проходят в этой клинике. Собаку уже не вернёшь, а врачи просто развели руками.

Где же соответствие тому девизу — «ЛЕЧИМ ПО ЧЕЛОВЕЧЕСКИ», если врачи не заметили как собаке плохо и что она на грани смерти. Очень больно вспоминать всё это. Для моей семьи это большой удар, если учитывать, что никогда мы не обращались ни в какие клиники и лучше бы никогда мы там не были. Берегите себя и своих животных! Наш любимец всегда останется в нашем сердце, а его смерть пусть остаётся на совести тех, благодаря кому его не стало. Берегите себя и своих животных!»

Я намеренно не стал удалять название клиники, может, кого это убережет от несчастья.

А вообще, ветеринарные врачи – это как лотерея, повезет — не повезет. Один раз все будет отлично, другой раз поставят ошибочный диагноз.

Приведу свой пример.

Мы со своей собакой с детства наблюдались только в одной клинике, частной (слава богу, что это было только два раза), и тут какая то напасть прямо, то железы засорились, то бяка выскочила на коже. Железы прочистили, бяка осталась. Нам врач сказал, что это просто воспаление от засорения желез. Ну, мы естественно поверили, так как я все-таки привык доверять врачам.

Мазали мазью, снимающую воспаление кожи. Но сами все-таки прошерстили Интернет в поисках ответа. И нашли таки ответ на свой вопрос – наше заболевание называется демодекоз. Дабы не заниматься самолечением, мы вновь обратились в клинику, попросили взять соскоб. Когда пришли анализы, нам объявили, что у собаки коки, короче инфекция и доктор упорно не признал диагноза, поставленного нами самими. Выписали другую мазь, которой, как оказалось позже, ни в коем случае нельзя было мазать при демодекозе, так как загоняет клещей глубже в кожу, да еще и блокаду поставил от коков.

И тут я все-таки решил обратиться в муниципальную клинику нашего района. И что вы думаете, врач в три счета определила, что это демодекоз. Взяла соскоб и тут же посмотрела под микроскопом, да еще и мне дала посмотреть, как там клещ барахтается, машет ламами и передает моей собаке большой привет.

Выражаю огромную благодарность этому врачу, за внимание, за заботу. К сожаленью не запомнил, как ее зовут.

А теперь цена вопроса. Минимальный прием в муниципалке стоит 105 рублей, в частной – 800. Если бы мы раньше обратились в муниципальную, то сэкономили бы около 3000 рублей.Но дело даже не в деньгах, а в потеряном времени и здоровье собаки.

Отсюда вывод, не всегда районная клиника оказывается хуже частной, часто бывает наоборот. А лучше обращаться к двум независим врачам, тогда диагноз может быть более правдоподобен.

Здоровья Вам и Вашим питомцам

С уважением, Zoo-p